1uomo.ru

Мода и Стиль
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Отличие венца от короны

Отличие венца от короны

Коронами достоинства принято называть короны, изображаемые над гербовыми щитами с целью продемонстрировать ранг владельца герба, его принадлежность к той или иной группе дворянства. Большинство корон достоинства чисто условные. Они существуют только на изображениях тех или иных гербов. Исключением являются английские короны, которые помимо изображения в гербах используются английской аристократией в различных церемониях.

Короны обычно состоят из золотого обруча, к которому сверху присоединены золотые дужки, украшенные жемчугом. Над дужками обычно размещается держава с крестом. Традиционно на обруче корон чередуются драгоценные камни — рубины и изумруды в квадратных и круглых оправах. Английские короны достоинства существенно отличаются по конструкции. Все они не имеют дужек, а только золотой обруч, украшенный зубцами или шариками и отороченный по низу горностаем, и просторную красную шапку, на вершине которой расположена кисточка.

По ряду признаков (демонстрация ранга армигера) к коронам достоинства можно также отнести и головные уборы императоров, королей, великих герцогов, великих князей и прочих владетельных государей, а также членов их семейств. Условно принято считать, что императорская корона должна иметь шапку из двух полусферических половин с одной дужкой между ними, а королевская корона имеет на обруче пять листовидных зубцов и пять видимых украшенных жемчугом дужек, внутри короны обычно помещается красная шапка. Достаточно часто гербы Священной Римской империи и различных королевств венчались именно такими «стандартизованными» коронами. Но с 19 века стало модным в гербах королей и принцев часто изображать (иногда несколько упрощенно) реально носимые их обладателями венцы, а в каждом королевстве конструкция корон существенно отличалась, не имела аналогов, а зачастую и менялась от одного властителя к другому. Таким образом королевские короны стали символизировать национальные особенности страны.

Дворянские короны от нетитулованных дворян до герцогов, напротив, как правило, внутри одной национальной геральдической системы изображались типовыми, чтобы сделать «чтение» герба и идентификацию ранга владельца более простым и понятным.

Выше представлены некоторые короны.
— итальянская савойская корона, два зубца этой короны представляют собой кресты, вверху на державе трилистный крест Святого Маврикия — покровителя Савойи.
-венгерская корона Св.Стефана — древний головной убор византийского типа с характерным наклоненным крестом на вершине,
— богемская корона Св.Вацлава — одна из древних корон, имеющая листовидные зубцы.,
— австрийская императорская корона,
— британская корона — корона имеющая три видимых зубца в виде уширенных крестов и два -в в виде лилий в напоминание о длительном владении Францией,
— германская императорская корона,
— российская императорская корона, в середине 19 века в гербах императорская корона изображалась условно, в виде обруча с пятью видимыми листовидными зубцами, шапкой из двух полусфер между которыми одна богато украшенная дужка. Но позже на официальных гербах империи корона стала изображаться в точности копирующей настояющую императорскую регалию.
— румынская королевская корона,
— прусская королевская корона.
— баварская королевская корона,
— императорская корона Эфиопии представляла собой золотой колпак с крестом на вершине и двумя лентами-инфулами, свисающими на плечи.
— иранская корона имела особую форму и была украшена султаном из перьев.
— корона Великого князя Трансильвании изображалась с тёмно-красной шапкой, перетянутой двумя дугами.
— великий герцог Тосканский имел открытую корону с большим центральным зубом, выполненым в виде лилии.
— корона короля Марокко венчалась вместо привычных державы с крестом пятиконечной «соломоновой звездой».

Наследники престола

Дети короля в Испании (infante) используют корону, подобную королевской но без дужек.

В Англии собственно дворянский титул князя (принца) не используется. Но наследник престола носит титул «Принца Уэльского», а некоторые члены королевской семьи считаются «принцами». Корона принца Уэльского повторяет по дизайну королевскую, но видимых дужек всего две. Принцы королевской семьи используют корону типа королевской, но вовсе без дужек и с кисточкой на вершине.

Наследники французского короля (enfants de France) имеют корону в виде обруча с пятью лилиеобразными зубцами. Французские князью крови имеют на открытой короне три видимых зубца в виде лилий и два листообразных зубца между ними.

Корона шведского кронпринца украшена «вазами» — элементами фамильного герба правящей династии.

Князья

Корона (или шапка) князей состояла из пурпурной ткани, подбитой горностаем, сверху три видимых дужки, украшенных жемчугом. Иногда, в немецкой геральдике, горностаевая шапка может заменяться золотым обручем с листовидными зубцами. В Италии корона князей (принцев) — открытая корона с пятью видимыми листовидными зубцами, между которыми жемчужины. Хотя иногда используется и вариант без жемчужин (как и у герцогов). В испанской (?), голландской, бельгийской, итальянской системах используется также княжеская корона в виде красной шапки без дужек, увенчанной сверху кисточкой, на золотом обруче пять видимых листовидных зубцов. Корона испанских князей (принцев, principe) похожа на королевскую, но в отличие от нее имеет всего три дужки.

Герцоги

Герцогская шапка представляет собой пурпурную тканевую шапку, подбитую горностаем, сверху пять видимых золотых дужек, украшенных жемчугом. Вместо горностаевой опушки может использоваться золотой обруч с пятью видимыми листовидными зубцами. В Италии помимо венца с пятью видимыми листовидными зубцами (в центре которых могут быть жемчужины) используется и вариант этого же венца с красной шапкой, имеющей золотую кисточку. В английской геральдике сначала использовалась меховая герцогская шапка с длинными горностаевыми отворотами. Позднее появился золотой обруч с пятью листовидными зубцами, отороченный горностаем, внутри которого красная шапка с кисточкой на вершине. Т.н. «герцог королевского достоинства» (royal duke) использует такую же шапку, но зубья на обруче попеременно листовидные и лилиевидные. В голландской и бельгийской с середины XIX века системах герцогская корона представляет собой золотой обруч с тремя видимыми листовидными зубцами, между которых два малых зубца с жемчужинами, внутри обруча красная шапка с кисточкой на макушке. Во французской, испанской (duque) и итальянской системах и в Бельгии до XIX века герцогская корона открытая (без шапки) с пятью видимыми листовидными зубцами. Во Франции, если герцог был одновременно и пэром, то к открытой короне добавлялась синяя шапочка с кисточкой.

В Швеции корона герцога представляет собой обруч с пятью остроконечными (видимыми) зубцами, увенчанными жемчужинами, между которыми «вазы» — элемент герба правящей династии. Шапка синего цвета, усеянная золотыми коронами (при чем на некоторых гербах шапка отсутствует).

Эрцгерцог

Австрийский эрцгерцог использовал шапку с вырезанной в виде заостренных фестонов горностаевой опушкой. Сверху одна дужка. Такая корона действительно использовалась эрцгерцогом.

Маркизы

Маркиз — титул, стоящий по старшинству между графским и герцогским.

Читайте так же:
Щит электрический гольф vs212td hager

Во французской геральдике, а также в испанской и итальянской системах, корона маркизов имеет три видимых листовидных зубца, а между ними по одному зубцу с насаженными на них тремя жемчужинами. При этом допускаются варианты, когда жемчужины расположены бок-о-бок или в виде треугольника, либо на трех малых остроконечных зубцах. Во Франции, если маркиз был одновременно и пэром, то к открытой короне добавлялась синяя шапочка с кисточкой. При этом в Бельгии с середины XIX века может использоваться вариант этой короны с пятью листовидными зубцами. В английской геральдике корона маркиза (marquis) — золотой обруч с тремя листовидными зубцами, между которыми два зубца с крупными жемчужинами. Обруч оторочен горностаем, внутри обруча красная шапка с кисточкой на вершине.

Графы

Графская корона во французской, немецкой, русской, испанской, голландской, бельгийской системах имеет на обруче девять видимых зубцов, увенчанных крупными жемчужинами. Во Франции, если граф был одновременно и пэром, то к открытой короне добавлялась синяя шапочка с кисточкой. Во Франции графская корона ранее имела над центральным и боковыми зубьями не по одной, а по три жемчужины. В Испании до укрепления «немецкой» модели использовалась графская (conde) корона с девятью видимыми зубцами, увенчанными большими овальными жемчужинами. Корона может иметь красную шапку с кисточкой. В Италии основной тип графской короный — обруч с девятью жемчужинами,непосредственно лежащими на обруче. Но используются также и другие варианты: девять жемчужин на остроконечных зубцах (при этом центральная и боковые жемчужины иногда большего размера); обручи с тремя большими жемчужинами и двумя группами по три малых жемчужины между ними. В Бельгии на древних гербах использовалась архаичная графская корона, над ее обручем помещались пять видимых овальных пластинок, украшенных драгоценными камнями. В Германии, Швеции и Дании ранее использовалась модель графской короны в виде обруча с пятью листовидными зубцами, затем в Швеции установилась корона в виде обруча с 8 жемчужинами, поверх которых «вторым ярусом» помещаются еще три жемчужины. В Англии графская (earl) корона представляет собой высокую красную шапку с кистью, на золотом отороченном горностаевым мехом обруче помещены пять видимых золотых высоких зубцов, увенчанных крупными жемчужинами.

Виконты

На короне виконта во французской и испанской геральдике — три крупных жемчужины на длинных зубцах, между ними малые зубцы с мелкими жемчужинами. Такая же корона виконта (vizconde) и в Испании. В итальянской системе корона виконта — обруч с тремя крупными жемчужинами, между которых две мелких жемчужины (либо небольших зубца). В бельгийской системе корона виконта имеет на трех высоких зубцах по три жемчужины. В Голландии корона виконта имеет между тремя высокими зубцами с жемчужинами два малых листовидных зубца. В английской системе корона виконта (viscount) имеет на золотом обруче девять (иногда встречается вариант с 7) крупных жемчужин. Обруч имеет горностаевую опушку, внутри обруча высокая красная шапка с кисточкой на верху.

Видамы

Видамы — бывшие вассалы духовных феодалов. На золотом обруче короны видамов вместо зубцов три лапчатых креста.

Фрейгерры (потомственные бароны)

Во французской геральдике баронская корона представляет собой золотой обруч, обвитый жемчужной нитью. В немецкой геральдики также используется такой вариант, но обруч увенчан пятью крупными жемчужинами (в испанской — четырьмя). В немецкой, бельгийской, голландской геральдике баронская корона похожа на графскую, т.е. имеет зубья, увенчанные жемчужинами, но количество видимых зубьев меньше — семь. В Италии основной тип баронской короны — обруч трижды перевитый жемчужной нитью, но признаются также и такой же обруч с четырьмя крупными жемчужинами, обруч с семью крупными жемчужинами, обруч с семью жемчужинами на остроконечных зубцах. Испании (baron) также используется обруч, обвитый жемчужной нитью, с четырьмя крупными жемчужинами. В Бельгии и Нидерландах также используется архаичная форма баронской короны в виде шапки, разделенной жемчужными нитями на пять частей, каждая из которых украшена драгоценным камнем. В Швеции баронская корона представляет собой обруч, на котором пять групп жемчужин: 3, 1, 3, 1 и 3. В английской геральдике корона барона (? Lord of Parliament) имеет на обруче четыре крупные жемчужины, красную шапку с кисточкой.

В Наполеоновской геральдике титулу барона соответствовала черная тока с тремя перьями и подбоем из беличьего меха.

Рыцари

В Голландии и Бельгии гербы рыцарей имеют пять видимых высоких зубцов с жемчужинами, при этом обруч перевит жемчужной нитью. В Италии корона рыцарей (cavalieri) — обруч с тремя крупными жемчужинами. Во франции рыцарская корона (chevalier) — обруч без каких-либо жемчужин или зубцов.

Нетитулованные дворяне

Наиболее распространенный тип дворянской короны (использовался в Дании, Швеции, Германии, России, Голландии, Бельгии) — золотой обруч с тремя видимыми листовидными зубцами, между которыми два малых зубца с жемчужинами. Дворяне в немецкой геральдике позднее стали использовать обруч с пятью видимыми зубцами, украшенными жемчужинами. Итальянцы использовали обруч, с пятью крупными жемчужинами по ободу, но позже установилась «немецкая» модель с пятью высокими зубцами.

В Испании корона простых дворян (senor) — золотой обруч, обвитый жемчужной нитью.

Головные уборы в церковных гербах

В гербе Папы Римского изображается папская тиара — особая корона в виде высокой шапки с тремя золотыми обручами, каждый из которых имеет зубцы подобно королевской короне.

Православные священники иногда венчают свои гербы митрой (у православных священников это шапка, имеющая форму горшка, богато украшенная изображениями религиозного характера).

Митра епископов лютеранской церкви представляет собой треугольный двойной колпак.

Католическая церковь имеет собственную систему украшения гербов головными уборами. Собственно духовный сан символизирует шляпа с кистями, а ранг священнослужителя отражает цвет шляпы и количество кистей.

История византийских корон. Часть 2. Античные венки

Древнеримское общество было крайне консервативно. И поскольку само римское государство было основано в результате бунта против монархии, то антимонархизм и «республиканские добродетели» являлись в известном смысле идеологией. Потому диадема (о которой мы рассказывали в прошлом очерке) как основной знак царской власти была под запретом.

Более того, обвинение в желании увенчать себя диадемой могло погубить политическую карьеру любого деятеля. Так, например, среди поводов, послуживших гибели законодателя Тиберия Гракха, был и укор в желании царской власти и диадемы. Слово Плутарху: «В это время умер Аттал Филометор [царь Пергамский], и когда пергамец Эвдем привез его завещание, в котором царь назначал своим наследником римский народ, Тиберий, в угоду толпе, немедленно внес предложение доставить царскую казну в Рим и разделить между гражданами, которые получили землю, чтобы те могли обзавестись земледельческими орудиями и начать хозяйствовать. Что же касается городов, принадлежавших Атталу, то их судьбою надлежит распоряжаться не сенату, а потому он, Тиберий, изложит свое мнение перед народом. Последнее оскорбило сенат сверх всякой меры, и Помпей, поднявшись, заявил, что живет рядом с Тиберием, а потому знает, что пергамец Эвдем передал ему из царских сокровищ диадему и багряницу, ибо Тиберий готовится и рассчитывает стать в Риме царем» (1).

Читайте так же:
Как постирать джинсы чтобы они посветлели

Именно поэтому позднее диктатор Сулла, обладавший в Риме практически неограниченной властью, не пытался даже намекать на диадему, чтобы не возбуждать против себя общественное мнение. Но зато в эту ловушку попался сам Гай Юлий Цезарь.

Гай Юлий Цезарь

Став в феврале 44 года до Р. Х. пожизненным диктатором (dictator perpetuus) и предполагая, что его власти ничего уже грозить не может, он, по всей видимости, захотел оформить ее официальным принятием царского титула, к чему исподволь стали готовить народ. Сперва сторонники Цезаря украсили диадемами его статуи, во время праздника Марк Антоний должен был поднести Цезарю настоящую диадему и тот, исходя из реакции народа, принял бы ее или же отверг. «И вот Антоний […] приближается с увитою лавром диадемою к возвышению […] протягивает руку с диадемою к голове Цезаря – в знак того, что ему подобает царская власть. Цезарь, однако, принял строгий вид и откинулся назад, и граждане ответили на это радостными рукоплесканиями. Антоний снова поднес ему диадему, Цезарь снова ее отверг, и борьба между ними тянулась долгое время, причем Антонию, который настаивал на своем, рукоплескали всякий раз немногочисленные друзья, а Цезарю, отклонявшему венец, – весь народ. Удивительное дело! Те, что по сути вещей уже находились под царскою властью, страшились царского титула, точно в нем одном была потеря свободы. Венок с диадемой, возложенный на одну из его статуй, несколько народных трибунов сняли, и народ, с громкими криками одобрения, проводил их до дому, зато Цезарь – отрешил от должности» (2).

«Антоний подносит Цезарю диадему». Иллюстрация из «Всемирной истории» 1894 г.

Этот эпизод был одним из многих моментов, спровоцировавших гибель великого диктатора. Недооценивать консерватизм римского общества не стоило. Даже спустя 400 лет после Цезаря, когда зрелище увенчанного диадемой императора никого не могло удивить, историк Аврелий Виктор пишет о Константине Великом следующие симптоматичные строки: «Свою царскую одежду он украсил драгоценными камнями, голова его постоянно была украшена диадемой. Однако он прекрасно выполнил ряд дел: строжайшими законами он пресек клеветничество, поддерживал свободные искусства, особенно занятия литературой, сам много читал, писал, размышлял, выслушивал послов, жалобы провинциалов» (3). Иными словами – Константин, конечно, постоянно носил изукрашенную диадему (а это чудовищно!), зато вот сколько всего хорошего сделал, и это оправдывает его столь «недостойное поведение». Нам, безусловно, такой ригоризм непонятен. Но Аврелий Виктор не одинок. Красной нитью через практически все труды римских историков проходит эта непонятная ненависть к эллинистическим царским регалиям и восточным нарядам. Смешно порой читать, когда в перечне злодеяний очередного тирана помимо убийств, разврата, вымогательств и т. д. встречаются такие «страшные преступления», как ношение шелковых цветных одеяний.

И тем не менее правителям Рима приходилось считаться с подобными предрассудками римского общества даже спустя сотни лет после убийства Цезаря.

Наследник и преемник Цезаря – Октавиан Август учел все ошибки предшественников и основал новую политическую систему – Принципат, суть которой состояла в сохранении всех внешних признаков республики при фактической монархии. Конечно, в такой ситуации ни о каких диадемах на голове правителя Рима речи быть не могло. Но глава государства должен все-таки обладать неким внешним блеском. При этом в римской традиции на вполне законных основаниях существовала система различных головных украшений в виде венков как знаков отличия граждан за различные заслуги:

1. Гражданский венок (corona civica) из дубовых листьев вручался за спасение жизни граждан.
2. Осадный венок (corona obsidionalis) из травы – за освобождение осажденного города.
3. Стенной венок (corona muralis) стилизован под крепостные стены, для тех воинов, кто первым взошел на стену и ворвался во вражеский город.
4. Осадный венок (corona vallaris) – разновидность предыдущего, для тех, кто первым взошел на вал вражеского укрепления.
5. Морской венок (corona navalis) стилизован под ростры (носовой части корабля с тараном), для тех, кто первым ворвался на вражеский корабль.

Иллюстрация из книги Питера Коннолли «Греция и Рим»

Были и другие венки: «лагерный» (corona castrensis) – разновидность осадно-стенного, «овационный» (corona ovalis) – из мирта, для полководцев, торжественно входящих в город в т. н. «овации» после победы над «не очень достойным» противником (пиратами, восставшими рабами и т. п.), и «масличный» (corona oleaginea) – из маслины, для тех, кто удостоился триумфа, но лично в сражении не участвовал (триумф в отличие от «овации» предназначался для полководцев, победивших во внешних войнах).

Но самым почетным был триумфальный венок (corona triumphalis) из лавра.
Среди этого обилия наград в качестве неофициальной регалии римские императоры отобрали для себя два венка – триумфальный и гражданский, как вечные победители и спасители Отечества.

В глубокой древности эти венки в действительности плелись непосредственно из лавра или дубовых листьев, но ближе к эллинистической эпохе венки, предназначавшиеся для особ царской крови (либо для свершения религиозных обрядов), изготовлялись из листового золота.

Древнегреческий золотой лавровый венок. Кипр. IV-III вв. до Р.Х.

Точно так же было и в Риме. И чем дальше, тем пышнее становились эти «венки». Со временем их стали украшать крупными драгоценными камнями.

Впервые в текстах того периода эти украшенные каменьями венки упоминаются, кажется, у Диона Кассия, описывающего подобное украшение императора Коммода, который «облачался в плащ, весь пурпурного цвета и блистающий золотом, скроенный по фасону греческой хламиды, надевал венец, сделанный из золота и индийских камней» (4). Впрочем, в изобразительном искусстве он появляется много раньше царствования Коммода.

Как выглядел этот венец, нам демонстрируют скульптурные императорские портреты, например бюст Траяна в гражданском венке из Мюнхенской глиптотеки.

А также групповой портрет семьи императора Септимия Севера: его самого, супруги Юлии Домны и детей – Геты и Каракаллы (после убийства Геты взошедшим на престол Каракаллой многие изображения первого были уничтожены, в том числе и на этом портрете, ныне хранящемся в Германии в античном собрании в Шарлоттенбурге). Септимий и сыновья были изображены в триумфальных венках.

Групповой портрет семьи императора Септимия Севера

Читайте так же:
Что делать если толстовка линяет изнутри

Итак, императорские венки представляли собой имитацию венков, выполненную в металле, которая крепилась на нешироком обруче. Обруч не был замкнутым, и его концы соединялись лентой, которая завязывалась в узел, как в настоящем венке.

В центре (в районе лба) венец украшался медальоном. Такого рода декоративные венцы, как говорилось выше, были известны еще в Древней Греции. Традиция их использования в ритуалах не прекращалась и позднее и, потому, их часто находят в погребениях.

Золотой венок с изображением Афродиты из захоронения в Горгиппии (Боспорской царство) II-III в. по Р. Х.

В отличие от древнегреческих и эллинистических прототипов, римский венок украшался не просто чеканным медальоном, но весьма крупным драгоценным камнем. Таких медальонов, впрочем, могло быть и больше.

Сorona triumphalis императорского периода (рисунок автора)

Удивительна психология римских консерваторов – простая белая лента на голове воспринималась ими как покушение на устои римской государственности, а вот роскошный золотой венец, украшенный драгоценностями, не вызывал особого негатива, ведь он формально оставался венком.

Отдельно стоит упомянуть о т. н. лучевых коронах. Их изображения присутствуют на некоторых императорских изображениях, в частности – на монетах.

Монета с изображением императора Филиппа I Аравитянина в лучевой короне

Свое происхождение этот венец ведет от иконографии солярных божеств: Аполлона, Гелиоса, Элагабала, Митры и «Непобедимого Солнца» (sol Invictus). Культ монарха в эллинистическом мире так или иначе пересекался с культами данных божеств, что и нашло свое отражение в нумизматике.

Монета с изображением Сирийского царя Антиоха VI

Из завоеванных эллинистических стран лучевая корона перекочевала в Рим. На римских императорских монетах она появляется практически сразу – уже у Августа. А начиная с Каракаллы изображение императора в лучевой короне на аверсе стало признаком новой монеты – антониниана.

Интересно, что если на антониниане изображался не император, а императрица, то ее образ сопровождался уже не лучевым венцом, а полумесяцем (ассоциация очевидна: император – образ Солнца, императрица – образ Луны).

Этот момент свидетельствует в пользу того, что, скорее всего, лучевая корона была лишь символом и не использовалась в реальной жизни. К тому же в источниках она не упоминается и в скульптурных портретах не встречается.

1) Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Тиберий Гракх. 14.
2) Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Антоний. 12.
3) Аврелий Виктор. О цезарях. XLI, 14.
4) Дион Кассий. Римская история. Книга LXXII. 19. 3.

Венки античные (головной убор)

У греков и римлян венки украшали головы полководцев и рядовых воинов, победителей спортивных игр, а также тех, кто пировал или приносил жертвы богам; ораторов, жрецов, сановников.

Венок

За пиршеством встречались в венках из мирта (мирт — символ мира и наслаждения), фиалок, роз и листьев серебристого тополя, ветвей плюща (верили, что плющ спасает от опьянения). У многих на шее красовались большие цветочные гирлянды, о чем поведали миру Овидий и Цицерон. По венку можно было судить о роде занятий, положении в обществе, сане и даже заслугах. Так, архон, представитель высшей выборной власти в Древних Афинах, являлся к народу в миртовом венке.

Победителей спортивных игр, знаменитых актеров и поэтов украшали венки из лавра, плюща, сосны, маслины. Вечнозеленый лавр выражал вечную славу. От него и слово «лауреат»: laureatus по-латыни «увенчанный лаврами». Кроме того, лавр символизировал мощь, победу и мир. Триумфатор (прославленный полководец) жертвовал свой лавровый венок храму бога Юпитера на Капитолийском холме. Вот только юношам в Древнем Риме — в отличие от Древней Греции — венки запрещались.

«Морской венок»-ростральный

Жрецам надлежало носить венки из растений, посвященных их богам. Сановнику и оратору венок гарантировал неприкосновенность. Даже пленного, проданного в рабство, отмечали венком; отсюда латинское выражение sub corona venire — «продать в рабство». Были у древних и венки позора. Доносчики и обманщики носили венки из аканта, прелюбодеи — из овечьей шерсти. Обреченному на смерть надевали терновый венец corona fidei — что-то вроде шапочки из веток с шипами. В мученическом венце был Христос, приговоренный к смерти и распятый на кресте.

Древние римляне еще не знали орденов и медалей. Их заменяли венки. И всем было известно, за что получен венок. Тому, кто первым врывался в неприятельский лагерь или выбегал на вал вражеского укрепления, надевали обруч с украшением в виде палисада (забора) военного лагеря — corona castrensis (vollaris). Взобравшийся первым на стену осажденной крепости получал corona muralis с зубцами крепостной стены. Много веков спустя эти зубцы появились на королевских, императорских и княжеских коронах.

Римский император Каракалла (II-III вв.)

Победа в морском сражении отмечалась corona navalis с рострами (носами) кораблей. Другой морской венец — corona classica — возлагали на того, кто первым ступил на борт неприятельского корабля; его тоже украшали корабельными рострами (отсюда другое его название — corona rostrata). Высшей наградой был венок из дубовых листьев — corona civica, т. е. гражданственный венок. Им удостаивали воина, спасшего соотечественника на войне. Вручал его герою сам император.

Триумфатор въезжал в Рим в corona triumphalis — золотом венке, в тоге, расшитой золотом, и в тунике с пальмовыми узорами; в его руках был жезл, отделанный слоновой костью. Малый триумф (ovatio) отмечался в более скромном венке из мирта (corona ovalis).

А вот рождение ребенка древние отмечали с юмором — венком из петрушки. Его вывешивали на дверях родительского дома. До недавнего времени подобный обычай существовал у голландцев.

Античных богов и обожествленных героев изображали в «лучистых» венках corona radiata. Римские цезари не устояли перед искушением надеть такие венки. Императора Августа, гордо носившего титул «Божественный», изображали на медалях и геммах в лучистом венке божества.

Иван IV Грозный: первый царь всея Руси

25 января 1547 года Иван Грозный впервые в русской истории венчался на государственный престол, заменив при этом привычный великокняжеский титул царским. Великое княжество Московское, объединив множество раздробленных земель, сделало еще один шаг к империи, а на основе проведенной церемонии был составлен чин венчания на царство — порядок, которому с незначительными изменениями будут следовать российские монархи в течение следующих почти 350 лет.

Первому русскому царю на момент коронации было 16 лет.

«Поискати чинов предков»

К моменту восшествия на престол Иоанн уже 13 лет являлся номинальным правителем Великого княжества Московского, а за год до этого достиг совершеннолетия. Это означало, что Иоанн мог стать полноправным правителем, выйдя из-под влияния учрежденной Василием III «седьмочисленной» боярской комиссии опекунов, предвосхитившей Семибоярщину эпохи Смутного времени.

Читайте так же:
Древняя греция что такое туника

В декабре 1546 года 16-летний Иоанн объявил митрополиту Московскому Макарию о своем намерении жениться. По одной из версий, митрополит призвал юношу прежде венчаться на царство, по другой — будущий Иван IV сам заявил о своем намерении «поискати чинов предков».

От Великого княжества Московского к Российской империи

До этого царями на Руси называли только ханов Золотой орды и византийских императоров. Русские же правители носили титул великого князя и долгое время назначались ордой, а на княжение не венчались, а ставились специальным церковным обрядом настолования.

Однако за десятилетия до Грозного уже была сделана первая попытка провести обряд венчания на московский княжеский престол — однако тогда не использовался царский титул, да и удачи в борьбе за правление потенциальному великому князю венчание не принесло.

В 1498 году Иван III, супруг Софьи Палеолог, впервые провел византийский обряд коронации, сделав внука Дмитрия своим соправителем. Дмитрия вскоре заточит в темницу отец Ивана IV, Василий III, и к 1509 году Дмитрий сгинет в заточении, так никогда и не став самостоятельным правителем.

Решение Ивана Грозного принять царский титул и царский венец означало не только укрепление связи с византийской традицией, но и следующий шаг в развитии российской государственности. На смену возвысившемуся над остальными раздробленными княжествами Великому княжеству Московскому придет Русское царство, которое просуществует до 1721-года, когда на смену ему, в свою очередь, придет Российская империя.

Самодержец с расширенными полномочиями

Торжественный обряд венчания на царство Ивана IV во многом напоминал обряд венчания внука Ивана IV. Но именно по образу и подобию церемонии 1547 года был составлен официальный чин венчания на царство — ему, с незначительными изменениями, следовали все последующие российские цари и императоры.

Во время службы в Успенском соборе Московского Кремля митрополит Макарий возложил на Ивана IV крест, венец и бармы, по легенде переданные византийским императором Константином Мономахом князю Владимиру.

«Великий государь, Божиею милостью царь и великий князь всея Руси, Владимирский, Московский, Новгородский, Псковский, Рязанский, Тверской, Югорский, Пермский, Вятцкий, Болгарский и иных» (впоследствии, с расширением границ Русского государства, к титулу добавилось «царь Казанский, царь Астраханский, царь Сибирский», «и всея Северныя страны повелитель»), — гласил полный титул, принятый в тот день Иваном IV. Впоследствии, при расширении границ царства, к нему продолжали добавляться названия новых территорий.

В 1584 году церемония была дополнена обрядом помазания на царство, при котором лоб восходящего на престол монарха помазывается миром или елеем — отсюда и происходит выражение «помазанник Божий». При этом в России в отличие от Европы и Византии обряд проводился после венчания, а не до. И, по версии некоторых историков, таким образом русский царь уподоблялся не царям Израилевым, а самому Христу.

Иван Грозный внес и собственные коррективы в византийские традиции: так, пришедший из Византии термин «самодержец» изначально говорил о независимости правителя. При Грозном же значение слова было расширено — помимо независимости от внешних сил, он стал означать неограниченную власть правителя в стране.

Тайна Московитской короны

В 1610 году, после смерти Василия Шуйского, бояре пригласили на русский престол Владислава, сына короля польского Сигизмунда III. По договору, заключенному с русским посольством, Владислав должен был принять православие и прибыть в Москву для возведения на престол. Специально для коронации своего сына Сигизмунд III заказал у ювелиров «Московитскую корону» — венец, увенчанный 255-ю драгоценными камнями: жемчугом, сапфирами, изумрудами и рубинами. На Руси же от имени царя Владислава Жигимонтовича даже начали печатать монеты.

Однако Владислав православие так и не принял и в Москву не прибыл. Корона же после смерти его отца была разобрана на драгоценности, большая часть из которых попала к германским курфюрстам Гогенцоллерам, после чего следы их затерялись. По легенде, один из камней, входивших в «Московитскую корону», резной сапфир, был позднее подарен императору Николаю Павловичу и до сих пор хранится в Оружейной палате. Якобы при нем был обнаружен пергамент с надписью Ex Corona Moscoviae. Впрочем, историки в эту теорию не верят.

Яблоко державное

Зато российские монархи позаимствовали у польских один из двух главных символов монаршей власти — державу, которая в Польше в старину называлась «яблоком царского чина», а на Руси — «яблоком державным».

Впервые как символ власти она была использована русским царем в 1557 году, а для венчания на царство державой впервые воспользовался Лжедмитрий I в 1605 году. С тех пор и вплоть до коронации последнего российского императора Николая II в 1896 году держава оставалась неотъемлемым атрибутом церемонии.

Последняя из держав, принадлежавших российским правителям, была изготовлена к коронации Екатерины II в 1762 году. Тогда же, при Екатерине II, на смену шапке Мономаха пришла знаменитая Большая императорская корона Российской империи.

Отличие венца от короны

Роковой венец. Любовь между короной и плахой

© Данилова Т.Н., 2021

© ООО «Издательство «Вече», 2021

© ООО «Издательство «Вече», электронная версия, 2021

Предисловие,или ставка больше, чем жизнь

«Сильна как смерть любовь», – сказал библейский царь Соломон. Но его не менее мудрый отец, царь Давид, мог бы с ним поспорить: жажда власти иной раз бывает еще сильнее. Он знал это не понаслышке. Потому что, в отличие от сына, родился не царем, а пастухом. Быть может, тогда он чувствовал себя по-настоящему свободным…

Эта книга – о власти и личной свободе, вернее, о том, как невозможно совместить то и другое в координатах одной короткой жизни. Много ли свободы дает человеку власть? Может ли тот, кто оказался на вершине общественной пирамиды, чувствовать себя в безопасности? Исчерпывающий ответ на эти вопросы дал когда-то поэт Возрождения Петрарка: «Добиваться власти для спокойствия и безопасности – все равно что взбираться на вулкан, чтобы спрятаться от бури». Да, с гением не поспоришь, тем более что «тому в истории мы тьму примеров слышим» – это уже русский баснописец констатировал. Корона, венец – символы превосходства и одновременно жертвенности, в них есть и притягательная сила, и обреченность – в общем, как и в самой природе с ее законами. К женщинам и мужчинам это относится в равной степени – шапка Мономаха, знаете ли, одинаково тяжела. Никакой поблажки! Когда судьба ставит на кон власть, игра идет не на деньги, а на жизни.

Трагедии обладают невероятно привлекательной силой, особенно если они невыдуманные. Не потому ли искусство много веков успешно паразитирует на истории, превращая факты в захватывающие сюжеты? В последние годы в этом особенно преуспел кинематограф – наперегонки с литературой. Вот и я решила в этой книге рассказать о трагедиях женщин, чьи имена и судьбы вроде бы знакомы. Вроде бы… Фильм посмотрели? Прекрасно. Значит, теперь можно поговорить и о подлинном прототипе киношной героини или же той, о ком писали в газете, Интернете, куплете… Появился наконец повод.

Читайте так же:
Нет джинс или джинсов как правильно во

Героиня первого рассказа – римская императрица Валерия Мессалина, распутная и жестокая жена цезаря Клавдия, которая жила в I веке н. э. (25–48 н. э.). Так давно, что кажется, будто и не жила вовсе, а ее имя является всего лишь термином, каким принято называть самых разнузданных и порочных красавиц, ну и писать, само собой, со строчной буквы – «мессалина». Почти все ее прижизненные скульптурные изображения были уничтожены. А вот имя осталось. Доброго слова об этой женщине, как ни старайтесь, не встретите ни у одного из римских историков, вот только верится с трудом, что в «высокоморальную» эпоху Калигул и Неронов ее поведение могло кого-то шокировать. Другое дело – в битве за власть все средства хороши: как она – так и ее. И все же как психологический тип Мессалина не умирала никогда, она и сейчас жива.

Из Древнего Рима можно перенестись в средневековую Англию. Об Анне Болейн (1507 (1501?) —1536), несчастной жене английского короля Генриха VIII, не знает разве что глухой и слепой лентяй. Начиная с 1911 года кинематограф размножает истории о короле-самодуре и его многочисленных женах. В 2008 году нас осчастливили фильмом Д. Чедвика «Еще одна из рода Болейн» – и это еще не предел. Надо признать, в XXI веке Генрих VIII стал особенно востребованным трендом западного кинематографа; как же в этой связи обойтись без Анны Болейн, чей образ дал неоднозначную пищу для толкований и актерских воплощений? Хелена Бонэм Картер «Генрих VIII», 2003 год), Натали Дормер («Тюдоры», 2007 год), Натали Портман («Еще одна из рода Болейн, 2008 год), Клэр Фой («Вулфхолл», 2015 год). А недавно соотечественники несчастной королевы разродились очередным сериалом, где ее роль в угоду новомодным веяниям досталась чернокожей актрисе Джоди Тёрнер-Смит, которая по воле толкователей стала еще и предвестницей современного феминизма, ибо борется за права женщин XVI века. Смешно и грустно. Подлинные характеры можно трактовать, но нельзя переделать на свой лад. Да, по мнению ее современников, Анна была смуглой брюнеткой, но опять-таки по стандартами того, а не нашего времени. «Черные жизни имеют значение» – в отличие от исторической правды. Что-то из «киношедевров» я наверняка упустила, но не суть, тем более что фабрики иллюзий продолжают штамповать свои поделки, и много удивительного нас еще ждет впереди. Генрих VIII действительно обогатил историю невыдуманными драмами, которые написал кровью. Так кем же была Анна – жертвой мужского произвола или собственных амбиций?

Судьба Джейн Грей (1537–1554), юной королевы, правившей Англией всего девять дней, пусть и мало кому известна, зато вызывает не меньше удивления. Хотя бы потому, что она не стремилась ни к титулу, ни к власти, а просто… была очень послушной девушкой. За что и поплатилась головой. О ней снова вспомнили, когда в январе 2006 года случайно обнаружили ее портрет. О королеве Джейн тоже есть фильм: «Леди Джейн» Т. Нанна, правда, сюжет его весьма далек от подлинной драмы, которую написала не признающая сантиментов рука истории.

Имя королевы Шотландии Марии Стюарт (1542–1587) благодаря Шиллеру и Цвейгу стало настоящим историческим брендом. Трагическая судьба женщины и королевы кажется невероятной, потрясает своим драматизмом. Мария Стюарт пришла в этот мир уже королевой, и все, что от нее требовалось, – суметь удержать врожденную привилегию. Увы, мало родиться в короне, чтобы сохранить ее, надо ради власти научиться жертвовать, причем всем человеческим, – но она не смогла. Рожденная властвовать, она ни в чем не знала меры и даже дала себе одно непростительное для монаршей особы право – любить. Любить безоглядно, безрассудно, преступно, с поистине королевским размахом. Не так сильна была в ней жажда власти? Как раз наоборот: пожертвуй она короной, тогда, быть может, спасла бы собственную голову от секиры палача… Но мир вечен, а жизнь, как известно, коротка, и чтобы прописаться в истории на века, порой приходится делать выбор в пользу смерти. А может, и смерть сделала этот выбор за нее. Гражданское право не распространялось на особу монарха – он ведь выбран самим Господом, так что его проще было убить, чем лишить короны.

Из средневековой Европы перенесемся в средневековую Россию – через «мостик» по имени Марина Мнишек (1589–1613 (1614). Мы привыкли воспринимать ее как международную авантюристку, но, может, стоит посмотреть на нее просто как на молодую девушку, воспитанную тщеславным и корыстолюбивым отцом, которая возомнила себя избранницей? Вот уж кого сгубила жажда власти, так это ее, и всех, кого она вместе с собой втянула в воронку Смутного времени. Честолюбивая мечта опьянила Марину – где уж там до здравого смысла! Жизнью она заплатила за корону и незабываемые девять дней, в течение которых гордо носила ее на своей юной головке, наслаждаясь титулом – царица Московская. Что ж, истории известны случаи, когда корона России доставалась не по праву родства, а становилась легкой добычей для честолюбивой авантюрной души. Екатерине II повезло, а вот ее сопернице нет. Самая загадочная женщина русской истории, известная под именем княжна Тараканова, так и осталась «семейной тайной дома Романовых». Кто она? Авантюристка? Дочь императрицы Елизаветы? Одна из ее родственниц? Или же их было двое – дочь и ее двойник? Улики были старательно уничтожены. Осталась тайна – огромное поле для творческой фантазии, чем многие не поленились воспользоваться. Если когда-то откроется правда – будет сенсация. А пока пиши что хочешь – бумага стерпит.

Мир меняется. Не меняются только его правила. «Власть» по-прежнему не рифмуется с «кровью» – в отличие от «любви», она ею оплачивается. А символическая корона, как и во времена римских цезарей, венчает головы обреченных.

Это второе издание моей книги, исправленное и дополненное. Первое вышло в свет в 2008 году под тем же названием, в серии «Мир женщины».

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector