1uomo.ru

Мода и Стиль
3 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Вежливые. Колорады. Ватники. Как события 2014 года изменили русский язык

Вежливые. Колорады. Ватники. Как события 2014 года изменили русский язык

В социальной сети Facebook уже три года действует группа «Словарь года». Участники отслеживают появление новых слов в языке и ежемесячно составляют списки самых заметных и значимых из них. По итогам года формируется своего рода словарь с комментариями, толкованиями, историческими справками, когда и как родился тот или иной неологизм. О лингвистических итогах уходящего года «Ленте.ру» рассказал куратор группы, главный редактор портала «Словари XXI века» Алексей Михеев.

«Лента.ру»: Какое слово обитатели соцсетей считают главным в этом году?

Михеев: С большим отрывом в голосовании победил «фейк». Им называли медиановости, тексты в социальных сетях, видеоролики. Само явление стало характерным для этого года, когда мы видели в разных вариантах какие-то информационные сюжеты, сделанные с пропагандистскими целями, но с сомнительной истинностью.

Ваши коллеги из группы «Слово года» первое место отдали слову «крымнаш».

У нас оно второе в списке. В этом году слова, связанные с украинским конфликтом, вообще оказались довольно заметны. «Крымнаш» в «Словаре» появилось еще в апреле. Изначально было прямое высказывание: «Крым — наш», одобряющее включение украинского полуострова в состав России. Однако вскоре слова «склеились», а получившийся неологизм стал выражать некий сарказм по отношению к этому событию, обычно употребляющийся в контекстах типа: «цены растут, зато крымнаш»; «кризис развивается, зато крымнаш»; «все плохо, зато крымнаш». И часто слово используют не только для характеристики этой позиции, но и для называния тех, кто эту позицию разделяет: «он — крымнаш» или «там собрались одни крымнаши». В этом смысле его можно считать частью лексики, получившей название «язык ненависти». Этот год стал очень плодотворным в порождении обидных выражений, клеймящих оппонентов. Мы зафиксировали скачкообразный рост таких ярлычков.

Фото: Олег Харсеев / «Коммерсантъ»

Но и раньше оппонентам придумывали обидные прозвища.

Не в таких количествах. И выражения были более мягкими. В прошлом оппозиционеров называли, например, белоленточниками по наименованию символов белого цвета, который связывается с оппозиционным движением. А сейчас слово «белоленточники» приобрело нейтральную окраску.

А что пришло на смену?

Вместо мягких выражений появились «национал-предатели» и «пятая колонна». Это термины из разряда обидных, обвиняющих, как и «бандеровцы», «каратели», «укропы», «зомбированные».

Этими словами пользуются в прямом значении или с их помощью ерничают?

«Национал-предатели» и «пятая колонна» изначально вошли в оборот после выступления президента Владимира Путина в марте. В его речи никакой иронии не было: так он характеризовал тех, кто не любит Родину.

В этом году начала проявляться новая лексическая тенденция: прямые обвинения постепенно и отчасти парадоксальным образом теряют негативную окраску. Процесс имеет две стадии. Вначале одна сторона вешает на другую какой-то ярлык совершенно серьезно; а затем «противники» перехватывают инициативу, сами начинают именовать себя вроде бы обидным термином.

Вспомните «ватников» и «колорадов».

«Слова ненависти заменяют аргументы» Почему в язык современников снова возвращаются советские штампы и куда уходит логика

Изначально так называли жителей юго-востока Украины, а потом всех, кто одобрял российскую позицию в украинском конфликте. Вскоре люди, полемизировавшие с украинской стороной, начали говорить: да, такие мы ватники, — делая акцент на гордости тем, что они занимают такую позицию. Подобные метаморфозы произошли и с «национал-предателями». Человек как бы говорит: «Пусть вы так меня называете, хорошо, я такой». Хотя подтекст в том, что сам он, естественно, национал-предателем себя не считает, а лишь выражает свой сарказм по отношению к этому. Ироническое употребление снижает серьезность, придает слову противоположную семантическую окрашенность. То есть обвинительный ярлык, будучи присвоенным адресатом обвинения, теряет свои обличительные свойства. Иронизируя над собой, человек обретает власть над ситуацией. Это некое проявление внутренней свободы, независимости от внешних обстоятельств.

Список неологизмов в основном связан с политикой?

Большая часть — да. Но есть и обычная бытовая лексика. Помимо «фейка» в этом году в русский язык прочно вошло слово «селфи». Делались попытки русифицировать этот термин, перевести или придумать новое обозначение. Например, предлагали «себяшки». Но они не прижились. Еще одно разговорное словечко, попавшее в словарь, — «норм». Параллельно в английском языке одним из слов года признано normcore, по аналогии с hardcore: оно означает альтернативу экстремальности, маргинальности. А наше слово — своего рода его аналог: «У меня все нормально, все хорошо, мне — норм».

Фото: Анатолий Жданов / «Коммерсантъ»

Большинство филологов эти лексические конструкции называют мемами. И сомневаются в их полезном влиянии на развитие языка.

Я бы не сказал, что мемы бесполезны. Их миссия — расширить смысл уже существующих слов и выражений. Возьмите словосочетание «вежливые люди», которое было признано одним из выражений года. Оно обозначает людей внешне вежливых, но несущих некую угрозу. Так называли российские войска в Крыму, которые официально в крымском конфликте занимали пассивную позицию, но их подозревали в активном влиянии на результаты референдума о независимости. Синонимом «вежливых людей» можно считать и иронических «зеленых человечков». В начале года было заметно выражение «онижедети», которое появилось после разгона «Беркутом» на киевском Майдане протестующих студентов. Оно стало неким оправданием действий тех, кто выступал против тогдашней власти; сейчас же это слово практически вышло из оборота. Большинство мемов остаются знаками определенного года, определенного исторического периода, а затем они как бы «выходят из моды» и действительно умирают.

Читайте так же:
Как остановить бомбер через termux

Истинно новых слов появляется мало и идет переработка старых. Значит ли это, что язык мельчает?

Нет, конечно. Наоборот, думаю, это явление позитивное. Любое расширение пространства языка ведет к его обогащению. Для языкового развития такой процесс вполне естественен. Если вы сравните язык XIX века с современным, то заметите наглядную динамику: старые слова обозначают уже не совсем то, что прежде. Сегодняшний дворник был когда-то владельцем постоялого двора, а институт — привилегированным женским учебным заведением. У лингвистов есть задача отслеживать смыслы, фиксировать новые значения. Собственно, для этого и придуманы конкурсы «Слово года» и «Словарь года».

Фото: Александр Миридонов / «Коммерсантъ»

Как мемы влияют на устную речь? Мы сейчас говорим иначе, чем лет десять назад?

В течение нескольких лет отчетливо прослеживается тенденция — рождение жанра устно-письменной речи. Это переписка в социальных сетях, которая является промежуточной формой коммуникации: по форме это речь письменная, но по типу общения она ближе к устной. В этих сетевых разговорах мало кто обращает внимание на правила орфографии, пунктуации. То есть это некая более свободная коммуникация по сравнению с нормативным письмом. В официальной речи также раздвигаются границы дозволенного, появляются стилистические казусы, которые раньше считались находящимися вне нормы: например, использование жаргонизмов в выступлениях чиновников. Но такое смешение стилей — одностороннее. Нельзя сказать, что официальная речь проникает в устную. Никто на улице не будет говорить языком государственной пропаганды.

С подачи президента в официальную речь чиновников начали проникать жаргонизмы. Например, министр культуры Москвы Сергей Капков советует всем оторвать «ж. от дивана», российский министр иностранных дел Сергей Лавров западных партнеров упрекает в попытке «взять на понт». Вас не коробит такое смешение стилей?

Тут многое зависит от установки. Если мы хотим видеть наше общество свободным и нетоталитарным, то расширение пространства свободной речи, уход от стерильной официальности — процесс позитивный. Конечно, многие могут усмотреть в этом посягательство на каноны, устои.

Культура — тоже понятие довольно широкое. Если культурой считать только то, что присутствует во всяких домах с колоннами и в официальных речах, которые произносятся с трибуны, то картина получится довольно унылая и печальная. Культура — живой процесс. И язык как проявление культуры тоже должен быть живым. Я не считаю «криминалом» то, что президент употребляет в речи какие-то обороты иногда на грани фола. Это часть некой общей тенденции: ведь, в том числе, и средства массовой информации постепенно расширяют стилевое многообразие и значительно чаще, чем раньше, используют в своих материалах выражения обычного бытового языка.

Но вместе с тем в обиход начала возвращаться лексика советских времен, когда свободы как раз не хватало.

Как человек, который жил в 70-80-е годы, в условиях этой самой советской пропаганды, могу сказать, что существующие страхи по поводу того, что все вернется, сильно преувеличены. Лексические знаки, речевые обороты, которые могут сегодня ассоциироваться с советским временем, — это всего лишь капельки, несопоставимые с масштабами существовавшей тогда тоталитарной пропагандистской системы. На эту тему есть хорошее выражение — фарш невозможно провернуть назад: даже если кому-то очень хочется, никакие намерения, пусть даже и чисто речевые, вернуть систему советской пропаганды не имеют шансов.

«Укропы» против «колорадов»

Лингвисты подвели итоги конкурса «Слово года-2014». Слова и фразы «состязались» в четырех номинациях: «Слово года», «Выражение и фраза года», «Антиязык» и «Неологизм года». Как и следовало ожидать, словарь-2014 сформировали события, так или иначе связанные с Украиной.В номинации «Слово года» с большим отрывом победил «крымнаш». В номинации «Выражение и фраза года» абсолютным лидером стали «вежливые люди», а в номинации «Неологизм года» первенство завоевал «банный день» (это когда пользователи «Фейсбука» банят тех, с кем не желают больше общаться в Сети). Претенденты же на победу в номинации «Антиязык» оказались столь же многочисленны, сколь и отвратительны: «укропы», «ватники», «колорады», «пиндосы». Доверие и толерантность говорят на своем языке, вражда и ненависть — на своем. Кто исповедует первое, те воздерживаются от раздачи кому бы то ни было оскорбительных прозвищ. Кто в плену у второго, те. не выбирают слов и выражений? Еще как выбирают!РАНЕЕ ПО ТЕМЕ»Крымнаш» стал главным словом 2014 годаОбсудим тему с доктором филологических наук, профессором НИУ «Высшая школа экономики» Гасаном Гусейновым.

Читайте так же:
Капроновое боди с доступом

В номинации «Слово года» с большим отрывом победил «крымнаш». В номинации «Выражение и фраза года» абсолютным лидером стали «вежливые люди», а в номинации «Неологизм года» первенство завоевал «банный день» (это когда пользователи «Фейсбука» банят тех, с кем не желают больше общаться в Сети). Претенденты же на победу в номинации «Антиязык» оказались столь же многочисленны, сколь и отвратительны: «укропы», «ватники», «колорады», «пиндосы».

Доверие и толерантность говорят на своем языке, вражда и ненависть — на своем. Кто исповедует первое, те воздерживаются от раздачи кому бы то ни было оскорбительных прозвищ. Кто в плену у второго, те. не выбирают слов и выражений? Еще как выбирают!

Обсудим тему с доктором филологических наук, профессором НИУ «Высшая школа экономики» Гасаном Гусейновым.

«В Донбассе» или «на Донбассе»?

Начнем с безобидного. Откуда взялось «на Донбассе» вместо «в Донбассе»? Это что, самопровозглашенная речевая норма в придачу к основному? Тоже какое-то ополчение против устоев, в данном случае лексических?

— На самом деле эти «в» и «на» в реальном живом русском языке употребляются гораздо вариативнее и щедрее, чем это допускает норма. Например, русская норма — это «на Украине», а норма украинского варианта русского регионального языка — это «в Украине». Но если мы возьмем дневники Владимира Ивановича Вернадского, а он был жителем Киева и в свое время министром первого независимого украинского правительства и вместе с тем одним из величайших русских ученых, человеком с образцовым русским языком, то в его дневниках мы находим то «на Украине», то «в Украине». Когда он имел в виду часть Российской империи, он говорил «на Украине». А когда вел речь об Украине как о государстве, употреблял «в Украине». И таких примеров очень много. Мы говорим «на Дону», «на Волге», подразумевая пребывание в бассейне той или иной реки. В случае с Донбассом — то же самое. Вы скажете «в Донецке» или «в Луганске», но выражение «на Донбассе» возникло не как нарочитый русизм по отношению к этой области. Это просто описание определенного ландшафта. И так не только с русским языком. Существуют, например, региональные варианты английского языка — в Индии свой, в странах Африки свой, в США — свой. Просто нам как носителям русского языка надо привыкать к тому, что литературная норма вообще — удел узкого круга, образованного сословия, тогда как остальные речевые варианты имеют широкое хождение. Другое дело, что российские средства массовой информации могут подхватить какой-то региональный вариант и начать его тиражировать. Что и произошло применительно к Донбассу.

Но почему «на Донбассе» возникло именно сейчас? Почему прежде так никто не говорил? Вспомните известную песню «Давно не бывал я в Донбассе».

— Думаю, дело в том, что в пятидесятые годы, когда родилась эта песня, слово «Донбасс» еще воспринималось как аббревиатура: Донецкий угольный бассейн. А сейчас этого уже нет.

Значит, вы все же согласны, что «на» вместо «в» появилось не без причины, а как ответ на новую геополитическую реальность?

— Отчасти это так. Но отчасти сам язык формирует новую реальность. То есть он не только подчиняется каким-то обстоятельствам, реагирует на что-то, но и сам создает некую ситуацию. Это все очень давно повелось. Нарочитыми украинизмами была сформирована часть советской реальности. Здесь присутствовал еще и элемент фронды, потому что партийное руководство говорило с русским южным говором. И этот русский южный говор — говор Брежнева — ассоциировался с властью. Пародируя этот говор, вы тем самым выражали отношение к власти. Такая же ситуация была в Германии, где Вальтер Ульбрихт говорил по-немецки с саксонским акцентом. Этот говор у остальной Германии ассоциировался с «гэдээровским» языком. А говор баварцев, наоборот, многие в Германии любят, и он у большинства не ассоциируется с враждебной политической системой.

Политическая корректность — это постоянная самонастройка

Вооруженное противостояние на Украине сопровождается еще и словесной перестрелкой. С западной стороны раздается: «колорады», «ватники», «даунбасс». С юго-восточной — «укропы», «свидомиты». Эта баррикадная лексика — порождение сегодняшней украинской реальности? Или сегодняшняя реальность создается ею? Что здесь причина, а что следствие?


Гасан Гусейнов. Фото: Аркадий Колыбалов/РГ

— Это обоюдный процесс. Еще в начале семидесятых годов в Германии вышла книга Маттиаса Харцига и Урсулы Курц «Язык как социальный контроль». В ней рассказывается о том, что социальный контроль в этом смысле не осуществляется какой-то группой лиц. Даже если они хотят осуществить такой контроль, язык может этому воспротивиться. Потому что язык сильнее, чем любая группа лиц, которая захочет им управлять. В итоге происходит встречное движение. И появилось это слово в новом значении в ответ на «колорадов» — «укропы».

Читайте так же:
Вилка марзочи бомбер 888

Вражда и ненависть сначала слетают с языка, а потом укореняются в реальности?

— У меня с советских времен хранятся диктофонные записи подслушанных разговоров родителей с детьми. В «Детском мире», кстати. «Я тебя, паршивка, прибить готова», «я тебе голову оторву». Это не просто педагогическая ошибка, это речевое насилие взрослых над детьми и внуками. Оно колоссальное. И дети к этому привыкают. Ребенок же не сам по себе словесно агрессивен. Таким его сделали взрослые, которых он наслушался. Он воспроизводит ту речевую агрессию, которую видит в семье. Почему у нас не приживается политическая корректность? Потому что это такая вещь, которая не может работать время от времени, она требует постоянной перенастройки. Политическую корректность, как и демократию, нельзя включить на минуточку, а потом выключить и сказать, что мы уже всего добились, теперь можно обойтись без нее и будем рулить по понятиям. Политическая корректность — это постоянная самонастройка, а вовсе не лицемерие. Это способность мирно жить в большом сообществе, где людям может быть очень тесно и где нужно сохранять дистанцию, несмотря на то, что мы едем в битком набитом вагоне.

У каждой эпохи свои слова ненависти

Вы не находите, что язык вражды и ненависти — это отражение холодной гражданской войны в обществе, которая в России продолжалась весь ХХ век и еще не закончилась?

— В принципе так и есть. «Белогвардейская контра», «кулаки», «враги народа», «вредители», «безродные космополиты», «антисоветчики», «отщепенцы», «дерьмократы», «либерасты». У каждой эпохи свои слова ненависти. Сегодняшний день, к сожалению, тоже богат такими словами: «крымнашисты», «национал-предатели». Причем в это словесное противостояние включены и религиозные мотивы. Есть люди, которые не приемлют церковность и духовность, и, наоборот, есть люди, которые требуют, чтобы все атеистическое изымалось из обращения. Это совершенно новая ситуация, когда в душе одного человека и в микрогруппе идет, совсем по Достоевскому, борьба между добром и злом, и при этом человек, к удивлению своему, замечает: то, что он считал силами зла, вдруг оказывается ему симпатичным, а то, что он считал силами добра, неожиданно перестает ему нравиться своим рыком. Эта борьба происходит внутри каждого человека. Дело в том, что многие люди при избыточном внимании к ним как к социологически релевантным объектам впадают в «радужное состояние». Это такое состояние, когда очень быстро, как в нефтяном пятне, меняется цвет, в данном случае ценностная ориентация. И такое «радужное состояние», перетекание одного цвета в другой мне представляется более опасным, чем раскол по какой-то определенной линии. Кому-то нравится одно, кому-то другое, и чтобы сохранять согласие, люди должны договариваться. Это нормально. Но как договариваться, когда ты сам не знаешь, чего хочешь, когда сам сегодня думаешь об этом предмете так, а на следующий день с таким же выражением лица начнешь отстаивать совсем другой взгляд, потому что тебя переключили.

«Да я бы за это расстреливал!»

Вы, наверное, заметили, что некоторые слова сегодня утрачивают свою семантику.

— Да, я вижу, что некоторые слова употребляются не по их смысловому назначению. Это связано вообще с привычкой россиян употреблять так называемые сильные выражения. Я здесь имею в виду не сквернословие, а то, что немцы называют «крафтворт». Например, я специально занимался историей слова «расстрел». С одной стороны, многие люди произносят его без реального смыслового наполнения, как своего рода развернутое междометие: «Да я бы за это расстреливал!» Господи, за что же? Ну, за то, что человек пишет «жи-ши» через «ы». То есть за то, что мне не нравится, я бы расстреливал. А с другой стороны, есть выражение «расстрелял всю обойму». Это, например, когда киллер убил кого-то. Хотя расстрел в его исконном смысле — это бессудная расправа над человеком. Сталинская пропаганда в тридцатых годах использовала это слово для возбуждения массовой ненависти к «врагам народа»: «Расстрелять как бешеных собак!». И произошла встреча этих двух языков: с одной стороны, обиходного бытового («я бы расстреливал за орфографические ошибки»), а с другой — официозного («расстрелять как бешеных собак!»). Но для гражданского дискурса применение слова «расстрел» вообще неприемлемо. Потому что расстрел означает предельную форму насилия вооруженного человека над человеком невооруженным. Расстрелять можно того, у кого руки связаны. Доступность сильных слов, широкое их употребление создают тяжелый общественный климат, мешают гражданскому согласию и в конце концов конструируют ту реальность, которую мы сегодня имеем. И таких слов, понятий, фигур мысли у нас очень много.

Читайте так же:
Какая мода джинсов 2017

Кто сеет ветер, пожнет бурю

Если бы вас попросили дать экспертное заключение по словам «колорады» и «укропы» на предмет содержания в них признаков 282-й статьи УК (разжигание социальной розни), что бы вы сказали?

— Принадлежность или непринадлежность какого-то высказывания к какой-то уголовной статье — это юридический вопрос, а я не юрист. Но как филолог я бы сказал простую вещь: раз эти слова появляются в средствах массовой информации, услышать их можно десятки раз в течение дня, то человека, который произносит эти слова, не за что привлекать к уголовной ответственности. Конечно, эти слова разжигают вражду. Но невозможно доказать, что употребляющий их человек сознательно сеет социальную или иную рознь. Это все равно что штрафовать за матерную речь в общественных местах. Вы много встречали таких оштрафованных? Любой, кого вы захотите подвергнуть штрафу за нецензурщину в метро или на стадионе, скажет вам: «Посмотрите вокруг — все матерятся. Что же меня одного наказывать за это? Я что, хуже других?»

Для того чтобы выйти из режима речевой ненависти, нужно понять, что эта ненависть, если ее не погасить, охватит абсолютно всех, из нее не будет никаких исключений. Причем в огне этой ненависти погибнут все ценности того, кто эту ненависть разжигает.

Гасан Гусейнов — доктор филологических наук, автор многочисленных книг и статей по философии и социологии языка, в том числе словаря советских и первых постсоветских идеологем. Ведет колонки о языке в нескольких российских и зарубежных СМИ.

Родился в 1953 году в Баку, с 1954 года живет в Москве. Окончил МГУ имени М.В. Ломоносова. Около 20 лет проработал в университетах Германии, Дании, США. С 2012 года профессор НИУ ВШЭ, где преподает античную литературу и риторику, а также русский политический дискурс. Сочетает онлайн-преподавание с практическим погружением своих студентов в изучаемый мир античности и ее рецепции. Опасается, что торжество «неполной коммуникации» в современном обществе (сокращение содержания общения вследствие расширения сети каналов общения) способствует нарастанию речевого насилия.

Колорады

Колорад (Колорады) — презрительно-оскорбительное наименование пророссийских активистов на Украине, продвигаемое сторонниками Евромайдана и внесистемной оппозицией в России (например, блоггером в Живом Журнале и журналистом Андреем Мальгиным). Стало мемом проукраинских активистов.

Наряду с мемом «ватник» наименование «колорад» стало заменой несколько устаревшего ныне мема доинтернетовской эпохи «совок».

Содержание

[править] Описание

Невзоров — автор «колорадской ленточки»

До массового использования на Украине в нынешнем значении были попытки называть колорадами стронников Евромайдана (которые кучкуются «коло Рады», то есть около украинского парламента). Также личинки колорадских жуков (в отличие от взрослых особей) имеют сочетание красного и черного цветов, что созвучно символике украинских националистов.

Тем не менее, широко наименование «колорады» стало применяться именно украинскими националистами как ответ на использование активистами России гвардейской ленты, оранжево-черной, что напоминает расцветку взрослой особи колорадного жука (жук-листоед, привезенный в Европу из США, в сельском хозяйстве считается вредителем).

Существует версия, что одним из инициаторов применения мема стал Александр Невзоров, давший определение георгиевской ленточке как «колорадской» в эфире «5 канала» [1] Однако существует пример сравнения ленты с жуком, датированный 27 мая 2008 года [2]

Наименование было подхвачено в проукраинских блогах, широко применялось и противниками российской власти в блогах. Гвардейскую ленту начали называть «колорадской».

Популярный блоггер Фриц Морген отмечал, что именование оппонентов колорадами является попыткою расчеловечивания противников Евромайдана с целью оправданья их физического уничтожения и провёл параллели с имевшим в истории именованием неугодных людей тараканами в Африке, что впоследствии привело к геноциду.

С похожим значением майдановцами использовалось выражение «зелёные человечки». Так они обозначали силы крымской самообороны и российских военных, участвовавших в присоединении Крыма к России (в российской традиции — это «вежливые люди»).

Разошедшись, майдановцы и сочувствующие могут именовать колорадами и всех русских, которые, по распространенному на Украине убеждению, вредят новой власти Украины и поддерживают власть Путина. Так, они называли убитую во время авиаудара женщину «самкой колорада».

Во многих случаях именование колорадом близко по смыслу к именованию ватником (слово «ватник» имеет некоторую советскую смысловую нагрузку).

BBC в материале, посвященном современному языку политических мемов, приводит мнение профессора Александра Фильца, главного врача Львовской психиатрической больницы, что слово «колорады» намекает на то, что с этим явлением трудно бороться, потому что оно живучее, как колорадские жуки на картошке. [3]

Читайте так же:
Моды для симс 4 боди для малышей

В мае 2014 года Артемий Лебедев назвал слово «колорад» словом месяца. [4]

[править] Ответные мемы

Ответные мемы — бандеровцы, бандерлоги, укры, каклы, кастрюли/кастрюлеголовые, свидомиты (ранее — свидомые), укропы и даже — майдауны и укропитеки. Давнее наименование украинцев «хохлы» не вызывает сильной эмоциональной реакции и не отличает нейтральных и пророссийских украинцев от украинских националистов и сторонников Евромайдана.

[править] Инциденты

Александр Маршал «Я – русский. Я тот самый „колорад“»

В СМИ сообщалось, что в Алтайском крае на конкурсе, посвященном 70-летию Победы в Великой Отечественной войне, среди тем, предложенных школьникам и студентам, была тема: «Мы — не „колорады“, мы — потомки дедов и отцов с Георгиевскими крестами!» (а также тема: «Гордое имя — „ватник“»). [5]

[править] Цитаты

Русский язык ватен, колораден, шовинистичен и националистичен по своей семантической структуре.

Тупые совки, ватники они же колорады

Чем же отличаются тупые совки они же колорады они же ватники от людей креативных, мыслящих и позитивных. В первую очередь наверное застаревшим мышлением и отсутствием толерастии слово и то для совка ругательное. Для ватника слово гей не существует есть слово другое пидорас.

Нет у ватника преклонения и перед брендами, лейблами и прочей чушью. Если совок идет покупать шмотки он четко знает какая будет покупка. Когда приобретается обувь важны швы, протектор, удобство. Красота в понимании креативщика колораду не разу не нужна. И плевать ему не разумному кто делал обувь дольча иил габана не разбирается он в таких вещах. Подобные покупки касаемы и одежды. Главное функциональность, полезность, носкость, а не количество красочных наклеек.

Бытовую технику и электронику предпочитает чаще отечественого производства. Ну или как минимум из бывшего СССР. Надпись в паспорте холодильника сделано в республике Беларусь его успокаивает. Он знает холодильник будет служить долго. Атлант то не какой-то там Бош или Аристон. При выборе средства связи он в первую очередь ищет средство связи не разумный. Если телефон мобильный может совершать звонки, отправлять смс, держит хорошо заряд ватник и рад дурачок. Не понимает глупый ценость огрызка на мобилке.

Колорад не презирает СССР даже ностальгирует о временах кровавой диктатуры. В рыночных отношениях он изгой, выродок. Для тупорылой ваты не понятно как можно дать деньги под проценты другу и хорошо заработать одновременно помочь своему лучшему другу с которым с первого класса сидел за одной партой. Ну что с него взять вата в башке. Тупорыылый совок вообще считает не красивым давать под проценты деньги тем более другу. К нормальным капиталистическим отношениям не приспособлен. Дурачок может и последнюю рубашку снять для своего друга. Бесплатно пойти к соседу и помочь перетащить мебель или с ремонтом. Ну то понятно как говорилось выше в башке одна вата, вместо мозга.

Совки агресивные терпилы. Странное сочетание, но факт. Милиталиристы до мозга костей. Служат в армии не доходит до них, что надо откупится отдают придурки долг Родине. Обычно аргументируя сомнительной мыслью кто если не я. Я типа мужик. Не понимают нет разницы между мужчиной и женщиной. А ведь мужчина может быть и как женщина и спать с другим мужчиной. То радость просвященого общества. Вата в мозгах не понять того колораду. Он придурок гордится колорадской лентой которую называет гвардейской. Колорады для него вредители которые картошку пожирают. А терпилы они при том страшные. Не поливают грязью людей в интернете. Делают вид будто не замечают чужих опечаток и пропущеной запятой. Они смотрят на содержание, а не пытаются обидеть собеседника. Напротив дурачки пытаются понять своего оппонента и при возможности помочь.

Ватники даже ругательства имеют странные. Те ругательства которыми нормальный человек гордится. Для них оскорбления слова: дерьмократ, либераст, пидераст, гей. Величайшая империя добра США и ЕС для них не авторитет. Могут назвать и Пендосией и Гейвропой.

Не ценят они и великий фастфут. Обзывают кормом. Укропов не любят, но обожают сало. Иногда даже готовят с ним картошка с салом для ватника приятное лакомство. Тарань не дохлая сушеная рыба на которую противно смотреть, а закуска к пиву.Как и раки которые падаль жрут. Нет бы кушал как все люди суши. Так сырая рыба колораду по перек горла. Предпочитает жареную или вареную в этом ужасном виде как его уха. Алкоголь хороший не ценит. Пьет шампанское Советское, но че с совка взять. Виски обзывает самогоном и презирает. При чем домашний самогон ценит. парадокс ватника.

Вывод внучок простой. Ватник он странный загадочный человек далекого прошлого. Пережиток эпохи СССР.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector